Автор: Михаил Васильев

24 июля 2005 года митрополит Киевский и всея Украины Владимир привез в

Киево-Печерскую Лавру частицу мощей святого равноапостольного князя Владимира. Ковчег с мощами будет установлен в Успенском соборе Лавры на том месте, где прежде верующие могли поклониться честной главе святого.

                                                                                               ИА «Интерфакс»

1. Reverentia (почитание мощей и святынь)

Почитание реликвий обрело особое значение после проведения Второго Никейского собора, который «постановил»: освещение новых церквей проводить на мощах святых.

 «С окончанием гонения на христиан культ мучеников и собирание святых мощей и других, связанных со святыми, реликвий постепенно заняло центральное место в жизни христианина», – пишет историк Норман Дэвис. Так, в женском монастыре Божьей Матери в Намюре (Бельгия) до сего дня хранятся уникальные святыни: ребро апостола Петра, часть мощей апостола Иакова; в мадьярском городе Дьёре, в часовне Хедервари – герма с мощами короля Ласло I (1040–1095). С 1165 года в золотой гробнице Карла Великого  (рядом с реликвариями, в одном из которых – череп императора) находится его прах…

Словом, христианский мир до разделения на католический и православный, ускоренно укреплял веру реликвиями.

Большой любитель исторических изысканий митрополит Киевский и Галицкий Евгений Болховитинов (1767–1837 гг.) в описаниях Софийского собора в Киеве и Киево-Печерской лавры десяток страниц посвятил мощам. Упоминает он и ковчег в Софии Киевской: «I. Часть Крови Христовой, часть Ризы Господней, часть Животворящего Древа. II. Мощи Христова века – часть младенца, от Ирода убиенного Христа ради; часть Предтечи Иоанна Крестителя… IХ. В особом ковчеге положены: мощи святого благоверного царя Константина Великого, святого благоверного князя Владимира Святославовича Киевского, великомученицы Варвары левая рука раздробленная и серебром окованная…» О главе святого сообщает: «...находится на правой стороне при алтаре Успенского собора Лавры в пределе св. Архангела Михаила в серебряной раке и под серебряной иконою князя сего во весь рост, сделанною в 1825 году».
Интересно, что погребен был собственно Владимир в Десятинной церкви древнего града Киева. В 1635 году митрополит Петр Могила обнаружил мраморные гробы у фундамента храма. По надписи определили: в гробах прах Владимира и его супруги – царевны Анны Греческой. Митрополит Петр «взял в воспоминание будущим родам великого оного князя только Главу… через год положил ее в Великой Киево-Печерской Церкви». Болховитинов особо отмечает, что сведения сии почерпнуты из «прежнего описания Киево-Печерской Лавры». И акцентирует: то, что именно Могила нашел гробы, не упомянуто ни в Печерским Патериком за 1616 г., ни в Киевским Синопсисе за 1680 г. В Синопсисе  сказано только, что «челюсть сей святой главы находится в московском большом Успенском соборе, а ручная кость – в Киево-Софийском соборе».

                            2.Канонизация

Предание о нахождении во дворе бывшей Десятинной церкви Петром Могилой праха Владимира «в мраморном гробе, идеже древле положени быша» упоминалось и Михаилом Грушевским. Историк рассказывал про обращение Петра Могилы к царю Федору Михайловичу. Дескать, митрополит просил прислать новый гроб. Однако из «Третьего Рима» гроб не прислали. Так что, кроме отдельных костей, остальные неизвестно где затерялись. Странное, не правда ли, «почитание» своего первого святого… Впоследствии никто княжеских домовин не видел. Михаил Грушевский в «Історії України-Русі» пишет, что в 1824 году на раскопе открыли саркофаг из красного шифера. Красный шифер никак не походил на «мраморные гробы». Позднее, при работах 1828–1842 годов, перед возведением Десятинной церкви, ничего подобного не обнаружилось. Потому святыней нововозведенного храма стала вывезенная из Корсуня (Херсонеса) чудотворная икона святителя Николая.

Вернемся, однако, к князю Владимиру Святославовичу. Канонизировали его, как за заслуги перед христианством, довольно поздно. Князь, приведший Русь к христианству, сподобился чина никак не ранее 1240 года! Жития и летописи намекают на тернистый путь канонизации. То ли Церковь не могла простить ему гонения на христиан перед Крещением, то ли непреодолимой стеной стояло предание про княжеский гарем из сотен наложниц. В былинах Владимир Красное Солнышко выглядел жизнерадостным мужчиной, проводившим дни за бражничаньем в кругу лихих дружинников – настоящий мачо. Противники канонизации вменяли ему в вину отсутствие чудес при жизни и после смерти. А вот в Ипатьевской летописи рассказано, что и простые люди, и бояре плакали о нем как о кормильце и заступнике земли русской.

Теперь о перенесении мощей. Для церкви это было делом привычным. Первый Киевский митрополит св. Михаил погребен в 992 году в Десятинной церкви. При игумене Феоктисте мощи перенесли из Десятинной церкви в Антониеву пещеру Лавры. Состоялось это в 1103 году. В 1730 году их вновь перенесли – в Великую церковь. Так что передача в 1988 году мощей св. Владимира в собор Рождества Пресвятой Богородицы в Ростове-на-Дону было делом обычным. 1000-летие Крещения Руси оказалось достойным поводом – церковь оправлялась после десятилетий жития под советской властью и тогда еще о политических интригах с мощами не помышляла.

                                   3. «Анатом и скульптор» Герасимов

Трудно сказать, действительно ли большевики верили, что в неграмотной стране можно начисто уничтожить религию. Скорее, это был такой же фантом, как и мировая революция. Недвусмысленный призыв к диалогу, с которым выступил в 1927 году митрополит Сергий, власть игнорировала. Более того, начала спешно реализовывать атеистическую программу: планомерно уничтожать храмы, обители, священнослужителей, искоренять религиозные традиции и обычаи. Помимо тайного и явного грабежа церковных ценностей, по стране прокатились показательные вскрытия усыпальниц, уничтожение реликвий. Власть искала способы наиболее эмоциональной дискредитации религий. При всей беспардонности большевиков, они все же озирались на мировое общественное мнение и, где успевали, создавали себе алиби.
Среди тех, кто рушил гробницы, проводил публичные эксгумации, был и заведующий реставрационными мастерскими Эрмитажа Михаил Герасимов. Родился он в Петербурге, но с раннего детства жил в сибирском захолустье. В 13 лет кто-то из знакомых привел его, шутки ради, в анатомический театр Иркутска. Вид трупов, человеческих органов в формалине произвел сильное впечатление на подростка, который «тихо помешался» на анатомии и свободное время стал проводить в «театре». Под наблюдением судебного медика Григорьева и анатома Казанцева он осваивал науку расчленения тел. Там же получил первоначальные навыки и познания о взаимосвязях мягких тканей лица и костей черепа. Параллельно взрослые увлекли его и археологическими изысканиями: с 14 лет мальчик самостоятельно раскапывал могилы. Еще школьником Миша Герасимов опубликовал статью об археологических находках в Приангарье. В 20 лет по черепам он делает первые реконструкции лица людей палеолита. Через год самоучка открыл стоянку каменного века с уникальными статуэтками и фигурками из кости. Находки переправил в Ленинград, а в 1932 году он получил вызов в город на Неве. Карьера задалась: в 1934 году его назначили заведующим реставрационными мастерскими Эрмитажа!

4. Печенег нового времени

Подвергавшийся критике солидными учеными метод реконструкции по костям черепа, партийным пропагандистам пришелся кстати. Биографы Герасимова утверждали, что он никогда не проявлял инициативы в выборе объектов – все по «предложению административных и общественных организаций». Но как исполнитель оказался безупречным. В советской прессе, на радио подняли шумиху по поводу «восстановления» Герасимовым облика Ярослава Мудрого и Андрея Боголюбского. Появилась как бы научная основа для «реконструкции» любой исторической фигуры. В том числе, если потребуется, и святых. Впрочем, их-то не собирались «реконструировать». Большевики получили «научный» повод реквизировать у Церкви не только материальные, но и духовные сокровища. «Научный метод» Герасимова низводил религиозный миф до вульгарной скульптуры из пластилина. Очередную акцию приурочили к 950-летию Крещения Руси: изъятие раки с головой св. Владимира согласовали на самом высоком уровне.
Реликвию вывозили тайно. Герасимов в присутствии сотрудников НКВД извлек череп князя. Драгоценную раку увезли в Гохран. Без нижней челюсти восстанавливать лицо было невозможно, но сведений, что челюсть святого специально возили из Кремля в Ленинград, нет. То есть заведомо не ставилась задача восстанавливать облик Крестителя! Требовался предлог вывезти реликвию из Киева! Понятно, что лаборатория была не просто под охраной. И ничего оттуда пропасть не могло. Бомбежки, обстрелы пощадили Эрмитаж. Но потомки не пощадили святыни – ее ухитрились «потерять» из самого охраняемого советского хранилища. За 10 довоенных лет Герасимов сделал 17 портретных реконструкций. Отсюда отправлялся в командировки: в том числе на вскрытие гробницы Гур-Эмир. Ее хранитель предостерегал от страшной беды, которая обрушится на страну в случае нарушения покоя Тамерлана. Вскрытие Герасимов провел 19 июня 1941 года! В 1944 году автор «воссоздания облика исторических личностей» получил Сталинскую премию III степени. В 50-е годы возглавил лабораторию пластической реконструкции. Стал доктором исторических наук. ВКП(б) высоко ценила «опыт антрополога и скульптора». Безусловно, от реконструкций доисторических ящеров, которые в ХIХ веке проводил француз Кювье, наука сделала шаг благодаря М. Герасимову. Но в этическом плане остался без ответа вопрос, чем атеист Герасимов отличался от диких печенегов, которые из черепа князя Святослава сделали кубок для питья хмельного зелья. Более совершенной техникой? Как бы то ни было, но высочайшая реликвия восточного православия – глава Крестителя Руси навсегда потеряна для потомков не без помощи пропитанной идеологическими галлюциногенами науки.