Автор: Александр Дубина, кандидант историческийх наук

Недавно вышло переиздание на украинском языке монографии известной петербургской исследовательницы: Таирова-Яковлева Татьяна. Иван Мазепа и Российская империя. История «предательства». — Киев, 2013. — 403 с. Два года назад русский вариант книги оказался в центре внимания научных кругов и широкой общественности. Едва ли не самой большей критики украинских историков поддалась центральная идея труда Т. Таировой-Яковлевой: «Главный тезис этой монографии (он, наверное, удивит многих непосвященных и очень огорчит псевдопатриотов двух направлений): Иван Мазепа внес огромный вклад в становлении Российской империи».

В украинском, более «академическом» по мнению автора, издании эта идея получила определенную модификацию: «События в Гетманщине разворачивались на фоне глубоких изменений, которые происходили в России под влиянием реформ Петра. Творилась империя. Мазепа и его окружение были активно и успешно втянуты в этот процесс». Осталось в украинском варианте и такое утверждение: «Факты упрямо свидетельствуют о том, что длительное время Мазепа тесно связывал свое будущее и будущее своей отчизны с Петром и его идеями реформ».
Все, что не вписывалось в эту схему, оставалось без внимания Т. Таировой-Яковлевой. Так, рассматривая так называемые Московские статьи, т. е. соглашение гетмана с Петром осенью 1689 года, исследовательница почему-то обходит вниманием две характерные статьи — 11-ю и 12-ю.

В 11-й гетман высказывает пожелание: «В охотных полках конных и пеших людей в розписи умалилося, і чтоб Іх Царское Величество указали те полки новыми людьми доповнить». Это пожелание было удовлетворенно полностью.

Статья 12: «Чтоб указали Великие Государи Іх Царское Величество Новобогородицкой город доволно ратными людми із женами населить, при которых бы ратных людех із малоросійских городов жители зело охотнее на слободе селитися і разселятися». И на это он получил разрешение.

В этих двух статьях несложно заметить, что гетман создавал базу для своего собственного государства. 

Во-первых, добился разрешения на создание регулярной армии — атрибута независимого государства; во-вторых, заселяя украинцами неосвоенные к тому времени земли, Мазепа стремился обеспечить геополитическое пространство, необходимое для функционирования суверенного государственного организма.

Построению базы независимого государства была подчинена и политика относительно Правобережья. Таирова-Яковлева справедливо отмечает, что этот вопрос остается малоизученным.

Впрочем, некоторые изменения все-таки произошли. Прежде всего, следует отметить фрагмент предисловия к части ІІ «Универсалов Ивана Мазепы (1687—1709)» и их составителей — И. Бутича и В. Ринсевича. Так, историки-архивисты четко указали: 

«К чести Мазепы, он так же, как и предшественники, проникаясь национальными интересами, насколько было возможно, саботировал наперекор Москве мучительные для Гетманщины нормы договора (Вечного мира 1686 года между Польшей и Московским царством. — А. Д.). 

Гетман пытался постепенно взять под свой контроль правобережную территорию земли вдоль Днепра, начиная от Приднепровского Полесья и заканчивая границами Запорожья».

И. Бутич и В. Ринсевич убедительно доказали, что экспансия Мазепы на Правобережье начинается буквально с первых дней его гетманства. Так, уже 17 сентября 1687-го он выдает универсал о «подтверждении разрешения киевского митрополита Гедеона Святополка Четвертинского Киевскому Кирилловскому Святотроицкому монастырю занять Ржищевский монастырь с предоставлением ему села Ячники и давних земель Ржищевского монастыря». К тому же в универсале было указано, что эти земли принадлежат левобережному Переяславскому полку! Но ведь согласно статье VІІ Вечного мира, земли на правом берегу Днепра между Стайками и Тясмином превращались в незаселенную нейтральную полосу и никак не могли принадлежать Переяславскому полку.

Дальше ученые констатируют, что в начале XVІІІ века происходит тотальное освоение Каневщины, а с 1704 года, когда Мазепа во главе 40-тысячного украинского войска оказался на Правобережье, гетман переходит от «захвата» приднепровской территории к расширению Гетманщины вглубь Правобережья.
Весомый вклад в исследование проблемы Правобережья внес В. Станиславский. Во вступительной части к 2-му тому «Писем Ивана Мазепы» историк делает важный вывод. «Считаем, что в стремлении вернуть в свое подчинение Правобережное Поднепровье И. Мазепа стал продолжателем дела предшественника на гетманской должности. Он выступал против распространения польской власти на эти земли, думал о возможности новой войны с Речью Посполитой с целью распространения своей власти на украинские территории на запад от Днепра. В любом случае правобережные поднепровские земли имели чрезвычайно важное значение для украинского государства.

Еще один вывод В. Станиславского: с самого начала Северной войны Правобережье было для Москвы «второстепенным, по сравнению с ее собственными политическими целями». Этот вывод ученый сделал на основании анализа инструкции, которую получил русский дипломат Василий Посников, отправляясь в Польшу (декабрь 1700 года). «Дипломат должен был сделать все для того, чтобы склонить Речь Посполитую к союзу с Российским государством против Швеции. В обмен на помощь польских и литовских войск царь был готов отдать украинские земли, которые по Вечному миру оставались незаселенными... В случае же неуступчивости сейма, В. Посников был уполномочен согласиться на основание Речью Посполитой на Правобережном Поднепровье своих населенных пунктов», — описывает содержание инструкции В. Станиславский.

В этих небольших, но очень важных трудах описаны основные моменты политики Мазепы относительно Правобережья. Прежде всего, он осуществлял украинскую экспансию с первых дней пребывания при власти. При этом гетман постоянно усиливал давление в этом направлении: от «тихой», «ползучей» экспансии — к расширению Гетманщины вглубь территории, которая принадлежала Польше. Украинские историки установили, что Правобережье было с первых месяцев Северной войны разменной монетой Москвы в торгах с Речью Посполитой, тогда как Мазепа руководствовался национальными интересами своего народа и украинского государства.

К сожалению, Т. Таирова-Яковлева не заметила этих трудов. И у нее недостаточно отображена главная особенность политики Мазепы относительно Правобережной Украины — нарастающая экспансия. Исследовательница начинает отслеживать политико-экономический нажим Мазепы с декабря 1706 года, когда он подарил села Яхны и Микитинцы в Корсуньском уезде компанейскому полковнику Танскому. На самом деле этот процесс начался несколько десятков лет ранее.

Говоря о политической и вооруженной борьбе за Правобережье, ученая не акцентирует внимания на отличии в подходах к ней Мазепы и Петра І. Если украинский гетман боролся за свою родную землю, то московский царь рассматривал Правобережье как приз для польского короля Августа ІІ в награду за союзничество. В результате первичная гипотеза исследовательницы о том, что Правобережье стало одной из причин конфликта между Петром и Мазепой в 1708 году, не была подкреплена соответствующими фактами и выводами и повисла в воздухе.
Обходя в своей новой книге государствоформирующие попытки Мазепы, Т. Таирова-Яковлева в определенной мере противоречит сама себе. Так, в биографии гетмана, которая вышла в 2007 году в знаменитой серии «ЖЗЛ», она абсолютно уместно отмечала: 

«Приписывая Мазепе разные фантастические планы, историки оставляют без внимания реальный факт: на самом деле он просто строил свою Гетманщину. Такую, какую он себе представлял, будучи образованным и передовым человеком в свое время: просвещенную, экономически процветающую, без внутренних смут и конфликтов».

Согласно логике ученой, та процветающая Гетманщина должна была стать неотъемлемой составляющей Российской империи. Но есть все основания думать, что Мазепа считал совсем иначе. Он не мог не сознавать, что в случае успеха его попыток по объединению всех этнических украинских земель в единое целое, территория его государства могла достигать около 400 тыс. квадратных километров.

По количеству населения Украина в начале XVІІІ века не уступала соседям. Точные данные есть за 1719 год. Тогда общее количество этнических украинцев по подсчетам исследователя В. О. Романцова составляло почти 5740 тысяч. Вместе с тем «Население, разбросанное по огромному пространству России, составляло в конце XVІІ века всего лишь 5,6 млн. человек», — пишет доктор исторических наук, профессор Евгений Анисимов. Относительно Польши, то по данным Британской энциклопедии к середине XVІІ века ее население составляло 7 млн. человек, из них почти два миллиона были украинцы.

А теперь прибавим к этим факторам «экономический бум» Украины тех времен, о котором говорит Т. Таирова-Яковлева. И получаем картину самодостаточного государственного организма, который по всем геополитическим критериям (территория, население, экономика) имел все основания для полноценного функционирования.

Хотя Мазепа и не знал категорий геополитики, он сознательно строил независимое украинское государство, активизируя все геополитические факторы его существования. Удобнее сделать это было под крылом Московского царства. Поэтому он и не думал о восстании: со временем, добившись могущества своей страны, он смог бы говорить на равных с могущественными соседями, поскольку созданная им Украина стала бы полномочным субъектом международных отношений.

Стратегический замысел гетмана лучше других понял галичский политик и публицист начала ХХ века Вячеслав Будзиновский. «Він бунту не робив з двох причин. Перше тому, бо знав, що ще не сила України виграти бунт, а друге, що цар ще потребував козаків і тому свої «реформи» на Українї відкладав на пізнїйше. Мазепа старав ся використати сей час на се, аби скріпити сили України так, щоби в хвили, коли вже доконче треба буде зірвати з Москвою, Україна могла виграти справу. Тому то Мазепа насамперед очистив всю старшину козацьку від усяких москвофілів-зрадників. Мазепа кольонїзував пустарі України, щоби край мав густїйше населенє, більше рук до плуга і більше рук до шаблї. Мазепа будував фортеци, нїби для царя, але властиво для себе. Він виливав гармати і збирав гроші, без котрих ніяка війна неможлива. Він старав ся придбати конечних для кождої держави образованих людий, тому засновував школи, та висилав богато спосібних молодців до заграничних шкіл», — писал В. Будзиновский.

Если бы старому гетману удалось реализовать свои дальновидные планы, то сегодня Украина выглядела бы совсем иначе на политической карте Европы.

Оригинал опубликован здесь.